Именем Российской Федерации
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
по делу о проверке конституционности положений Федерального
закона "О внесении изменений в отдельные законодательные акты
Российской Федерации в части совершенствования законодательства о
публичных мероприятиях" в связи с запросом группы депутатов
Государственной Думы
город Санкт-Петербург 10 ноября 2017 года
Конституционный Суд Российской Федерации в составе
Председателя В.Д.Зорькина, судей К.В.Арановского, А.И.Бойцова,
Н.С.Бондаря, Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой,
С.М.Казанцева, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой,
С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина, О.С.Хохряковой,
В.Г.Ярославцева,
с участием представителей группы депутатов Государственной
Думы, направивших запрос в Конституционный Суд Российской
Федерации, - депутатов Государственной Думы Ю.П.Синельщикова и
О.В.Шеина, полномочного представителя Государственной Думы в
Конституционном Суде Российской Федерации Т.В.Касаевой,
полномочного представителя Совета Федерации в Конституционном Суде
Российской Федерации А.А.Клишаса, полномочного представителя
Президента Российской Федерации в Конституционном Суде Российской
Федерации М.В.Кротова,
руководствуясь статьей 125 (пункт "а" части 2) Конституции
Российской Федерации, подпунктом "а" пункта 1 части первой, частями
третьей и четвертой статьи 3, частью первой статьи 21, статьями 36,
74, 84, 85 и 86 Федерального конституционного закона
"О Конституционном Суде Российской Федерации",
рассмотрел в открытом заседании дело о проверке
конституционности положений Федерального закона "О внесении
изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в
части совершенствования законодательства о публичных мероприятиях".
Поводом к рассмотрению дела явился запрос группы депутатов
Государственной Думы. Основанием к рассмотрению дела явилась
обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствуют ли
Конституции Российской Федерации оспариваемые в запросе
законоположения.
Заслушав сообщение судьи-докладчика Н.С.Бондаря, объяснения
представителей сторон, выступления приглашенных в заседание
представителей: от Министерства юстиции Российской Федерации -
М.А.Мельниковой, от Генерального прокурора Российской Федерации -
Т.А.Васильевой, исследовав представленные документы и иные
материалы, Конституционный Суд Российской Федерации
у с т а н о в и л:
1. Группа депутатов Государственной Думы в порядке статьи 125
(пункт "а" части 2) Конституции Российской Федерации оспаривает
конституционность Федерального закона от 7 июня 2017 года № 107-ФЗ
"О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской
Федерации в части совершенствования законодательства о публичных
мероприятиях", которым определен порядок проведения встреч
депутатов всех уровней с избирателями.
Так, статьей 1 названного Федерального закона статья 8
Федерального закона от 8 мая 1994 года № 3-ФЗ "О статусе члена
Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы
Федерального Собрания Российской Федерации" дополнена, в частности,
следующими положениями:
частью шестой, согласно которой встречи депутата
Государственной Думы с избирателями проводятся в помещениях,
специально отведенных местах, а также на внутридворовых территориях
при условии, что их проведение не повлечет за собой нарушение
функционирования объектов жизнеобеспечения, транспортной или
социальной инфраструктуры, связи; уведомление органов
исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органов
местного самоуправления о таких встречах не требуется; депутат
Государственной Думы вправе предварительно проинформировать
указанные органы о дате и времени их проведения;
частью седьмой, согласно которой органы исполнительной власти
субъекта Российской Федерации (органы местного самоуправления)
определяют специально отведенные места для проведения встреч
депутатов Государственной Думы с избирателями, а также определяют
перечень помещений, предоставляемых органами исполнительной власти
субъекта Российской Федерации (органами местного самоуправления)
для проведения встреч депутатов Государственной Думы с
избирателями, и порядок их предоставления;
частью девятой, согласно которой встречи депутата
Государственной Думы с избирателями в форме публичного мероприятия
проводятся в соответствии с законодательством Российской Федерации
о собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях.
Аналогичные правила введены Федеральным законом от 7 июня
2017 года № 107-ФЗ и применительно к проведению встреч с
избирателями депутатов законодательных (представительных) органов
государственной власти субъектов Российской Федерации и депутатов
представительных органов муниципальных образований: соответствующие
изменения внесены его статьей 2 в Федеральный закон от 6 октября
1999 года № 184-ФЗ "Об общих принципах организации законодательных
(представительных) и исполнительных органов государственной власти
субъектов Российской Федерации", статья 11 которого была дополнена
пунктами 4 - 6, и статьей 3 - в Федеральный закон от 6 октября
2003 года № 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного
самоуправления в Российской Федерации", статья 40 которого была
дополнена частями 5-2 - 5-4.
Статьей 4 Федерального закона от 7 июня 2017 года № 107-ФЗ ряд
изменений внесен в Федеральный закон от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ
"О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях",
в том числе пункт 1 его статьи 2 дополнен положением, относящим к
целям проведения публичного мероприятия (помимо уже в нем
указанных) информирование избирателей о своей деятельности при
встрече депутата законодательного (представительного) органа
государственной власти, депутата представительного органа
муниципального образования с избирателями, а часть 1 статьи 7 -
положениями, предусматривающими подачу депутатом законодательного
(представительного) органа государственной власти, депутатом
представительного органа муниципального образования уведомления о
проведении публичного мероприятия в целях информирования
избирателей о своей деятельности при встрече с избирателями (за
исключением собрания и пикетирования, проводимого одним участником
без использования быстровозводимой сборно-разборной конструкции).
По мнению заявителей, оспариваемое правовое регулирование не
согласуется с Конституцией Российской Федерации, ее статьями 2, 3
(часть 2), 4 (часть 2), 10 - 12, 15 (часть 1), 31, 33, 55, 94 - 109
и 130 - 133, поскольку создает необоснованные ограничения для
исполнения депутатами всех уровней своих обязанностей по проведению
встреч с избирателями и нарушает принцип разделения властей, ставя
реализацию возложенной законом на депутатов обязанности по
информированию избирателей о своей деятельности в зависимость от
деятельности органов исполнительной власти по согласованию
проведения соответствующих публичных мероприятий, что, как полагают
заявители, означает, по существу, разрешительный порядок проведения
публичных мероприятий; при этом не учитывается объективная
специфика депутатской деятельности, подразумевающей в том числе
проведение незапланированных, спонтанных встреч с избирателями,
допускается возможность произвольных ограничений в реализации
свободы собраний и необоснованно ограничивается конституционное
право граждан на беспрепятственные индивидуальные и коллективные
обращения к депутатам всех уровней.
Формулируя свои требования в запросе, депутаты Государственной
Думы настаивают на проверке конституционности оспариваемого
Федерального закона по содержанию норм в полном объеме. Однако, как
свидетельствуют и само содержание запроса, и выступления
представителей заявителей в ходе слушания по настоящему делу,
неконституционность введенного им правового регулирования заявители
усматривают в том, что оно распространяет на встречи депутатов всех
уровней с избирателями требования законодательства Российской
Федерации о собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и
пикетированиях, а также служит основанием для решения вопросов о
порядке и условиях проведения таких встреч вне связи с применением
соответствующих требований, т.е. в помещениях, специально
отведенных местах и на внутридворовых территориях.
Таким образом, исходя из предписаний Федерального
конституционного закона "О Конституционном Суде Российской
Федерации", в том числе его статей 3, 36, 37, 74, 84 и 85,
предметом рассмотрения Конституционного Суда Российской Федерации
по настоящему делу являются положения пункта 6 статьи 1, пункта 3
статьи 2, пункта 3 статьи 3 и пунктов 1 и 3 статьи 4 Федерального
закона "О внесении изменений в отдельные законодательные акты
Российской Федерации в части совершенствования законодательства о
публичных мероприятиях", предусматривающие - в рамках специального
правового регулирования порядка проведения встреч депутатов с
избирателями в целях их информирования о своей деятельности -
распространение на проведение таких встреч в форме публичного
мероприятия (вне помещений, специально отведенных мест и
внутридворовых территорий) требований законодательства Российской
Федерации о собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и
пикетированиях, а также определяющие порядок и условия проведения
встреч депутатов с избирателями вне связи с применением
соответствующих требований.
2. Утверждая суверенную государственность России, незыблемость
ее демократической основы как условие обеспечения гражданского мира
и согласия и объявляя Россию правовым государством с
республиканской формой правления, в котором единственным источником
власти является ее многонациональный народ, осуществляющий свою
власть непосредственно, а также через органы государственной власти
и органы местного самоуправления, Конституция Российской Федерации
закрепляет право граждан участвовать в управлении делами
государства как непосредственно, так и через своих представителей
(преамбула; статья 1, часть 1; статья 3, части 1 и 2; статья 32,
часть 1).
Приведенные конституционные положения обязывают федерального
законодателя обеспечивать при определении порядка и условий
осуществления депутатами своих полномочий соблюдение и защиту права
граждан на участие в управлении делами государства и местного
самоуправления и не допускать отступления от конституционных
принципов народовластия, с тем чтобы не было утрачено ни реальное
содержание данного конституционного права, ни существо народного
представительства. В этих целях федеральными законами, законами
субъектов Российской Федерации и на их основе - уставами
муниципальных образований закрепляются гарантии депутатской
деятельности. Эффективность же депутатской деятельности, в свою
очередь, во многом зависит от характера взаимоотношений между
депутатами и избирателями, поддержание которых в целях адекватного
выражения воли народа как одного из общих начал народного
представительства является конституционно обусловленной
необходимостью.
К числу организационно-правовых основ, предназначенных для
налаживания и поддержания устойчивой взаимосвязи депутатов с
гражданами, чьи интересы они представляют, относится институт
проведения встреч депутатов с избирателями, характеризующий
конституционно-правовую природу депутатского мандата с точки зрения
как возложенных на депутата полномочий, так и гарантий эффективного
осуществления депутатской деятельности, в рамках которой
посредством проведения таких встреч депутаты имеют возможность
информировать избирателей о своей работе, а избиратели -
возможность довести до сведения депутата свои пожелания
относительно его деятельности и деятельности представительного
органа, в состав которого он входит.
Принимая во внимание комплексный характер этого института,
сочетающего публичные начала, обусловленные его принадлежностью к
системе мер обеспечения представительной демократии, и частные
начала, связанные с реализацией гражданами политической свободы в
индивидуальных (основанных на персонифицированных взаимоотношениях
с депутатами) и коллективных (предопределенных самой природой
встреч депутатов с избирателями, которые могут носить открытый
(общедоступный) и массовый характер) формах, нормативно-правовой
порядок организации и проведения таких встреч требует соотнесения с
порядком осуществления, в том числе другими гражданами, иных
конституционных прав и свобод (статья 17, часть 3, Конституции
Российской Федерации). Это обязывает как федерального законодателя,
так и правоприменителей, включая суды, находить разумный баланс
интересов депутатов и избирателей, частных и публичных интересов
иных субъектов, не ставя под сомнение ни саму возможность
беспрепятственного осуществления депутатами возложенных на них
публичных функций и задач, ни существо права граждан на народное
представительство.
Учитывая, что Конституция Российской Федерации встречи
депутатов с избирателями прямо не регулирует, федеральный
законодатель обладает достаточно широкими дискреционными
возможностями по определению порядка и условий их проведения, имея
при этом в виду, что правовой статус депутата является специальным
по отношению к общему правовому статусу личности, а обладание
депутатским мандатом подразумевает необходимость ответственного
отношения депутата к возложенным на него публичным функциям и
задачам. Поскольку же для избирателей такого рода встречи сопряжены
с осуществлением закрепленных Конституцией Российской Федерации, в
том числе ее статьями 27, 29 и 31, прав и свобод, прежде всего
права на свободу мирных собраний как одного из наиболее значимых
проявлений социально-политической свободы личности, федеральный
законодатель не может не исходить из того, что это право в целях
реализации гражданами Российской Федерации права на участие в
управлении делами государства как непосредственно, так и через
своих представителей (статья 32, часть 1, Конституции Российской
Федерации) и одновременно - в целях обеспечения надлежащего
общественного порядка и безопасности на основе баланса интересов
организаторов и участников публичных мероприятий, с одной стороны,
и третьих лиц, с другой, в силу статьи 55 (часть 3) Конституции
Российской Федерации может быть ограничено федеральным законом на
основе оговоренных в ней критериев (постановления Конституционного
Суда Российской Федерации от 20 февраля 1996 года № 5-П, от
12 апреля 2002 года № 9-П, от 27 декабря 2012 года № 34-П, от
13 мая 2014 года № 14-П и от 16 декабря 2014 года № 33-П).
Вместе с тем особый публично-правовой статус депутата и
нашедшие в нем свое выражение характеристики народного
представительства, лежащее в основе депутатского мандата
электоральное волеизъявление избирателей обязывают федерального
законодателя использовать в целях урегулирования порядка проведения
встреч депутатов с избирателями такие правовые конструкции, которые
в должной мере учитывали бы специфику депутатской деятельности и
создавали бы правовые условия, необходимые для того, чтобы
проведение подобных встреч отвечало их предназначению, не влекло
угрозу безопасности как для их организаторов и участников, так и
для других лиц, не приводило к нарушению прав, свобод и законных
интересов граждан, а также не порождало коллизий иных публично
значимых конституционных ценностей.
Именно на упорядочение отношений по проведению встреч
депутатов всех уровней с избирателями - имея в виду встречи,
которые носят не индивидуальный, а коллективный характер и
предполагают возможность участия в них (присутствия)
неопределенного круга лиц, - и направлен Федеральный закон
"О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской
Федерации в части совершенствования законодательства о публичных
мероприятиях" (далее - Федеральный закон от 7 июня 2017 года
№ 107-ФЗ).
3. Конкретизировав в Федеральном законе от 7 июня 2017 года
№ 107-ФЗ (пункт 2 статьи 1 и пункт 1 статьи 4) вытекающее из
Конституции Российской Федерации назначение встреч депутатов с
избирателями как заключающееся в информировании депутатом
избирателей о своей деятельности и, соответственно, в доведении
избирателями до его сведения пожеланий (предложений, рекомендаций,
оценок, иных правомерных позиций) относительно осуществления им
депутатской деятельности и работы представительного органа, в
состав которого он входит, федеральный законодатель предусмотрел
вариативный порядок их проведения - в зависимости от
предполагаемого формата конкретного мероприятия и особенностей
места его проведения, включая объективную пригодность для
реализации задач, которые ставятся перед подобными встречами, а
также от оценки наличия и степени существующих (возможных)
опасностей и угроз в связи с их проведением.
Такой подход отвечает сформулированной Конституционным Судом
Российской Федерации в Определении от 22 апреля 2014 года № 976-О
правовой позиции, не исключающей как правомочие федерального
законодателя установить особенности проведения встреч депутатов с
избирателями, так и необходимость учитывать в рамках правового
регулирования публичных мероприятий их специфику.
3.1. Выделив в отдельную группу встречи депутата с
избирателями в помещениях, специально отведенных местах, а также на
внутридворовых территориях в целях информирования депутатом
избирателей о своей деятельности, федеральный законодатель исходил
из того, что такие встречи являются одной из основных форм их
взаимоотношений, а предусматривая возможность безуведомительного
проведения таких встреч - из необходимости приблизить их проведение
непосредственно к гражданам, чьи интересы депутат представляет,
принимая при этом во внимание, что в ограниченных пространственных
пределах (в том числе в населенных пунктах с небольшой численностью
жителей), в которых проводятся такие встречи, принятия органами
публичной власти дополнительных мер, направленных на обеспечение
общественного порядка и безопасности как их участников, так и
других граждан, как правило, не требуется.
Вместе с тем в силу присущих встречам депутатов с избирателями
открытости (общедоступности) и массовости применительно, в
частности, к внутридворовым территориям Федеральным законом от
7 июня 2017 года № 107-ФЗ введено условие о недопустимости при их
проведении нарушения функционирования объектов жизнеобеспечения,
транспортной или социальной инфраструктуры, связи, а также -
применительно к встречам, проводимым депутатами законодательных
(представительных) органов государственной власти субъектов
Российской Федерации и депутатами представительных органов
муниципальных образований, - о недопустимости создания помех
движению пешеходов и (или) транспортных средств либо доступу
граждан к жилым помещениям или объектам транспортной или социальной
инфраструктуры (пункт 3 статьи 1, пункт 1 статьи 2 и пункт 1
статьи 3).
Предъявление более строгих требований к проведению на
внутридворовых территориях встреч с избирателями депутатов
законодательных (представительных) органов государственной власти
субъектов Российской Федерации, депутатов представительных органов
муниципальных образований обусловлено тем, что по мере сужения
территориального масштаба деятельности депутата и его приближения к
избирателям возможность и необходимость проведения встреч с
избирателями в связи с реализацией с участием депутатов публичных
функций и задач по обеспечению жизнедеятельности населения на
соответствующих территориях могут приобретать более существенное
значение с точки зрения частоты таких встреч. При этом федеральный
законодатель принимал в расчет, что степень узнаваемости депутатов
Государственной Думы, характер вопросов, которые могут ими
обсуждаться с избирателями, а также размер территории, на которой
осуществляется их работа с избирателями, являются потенциальными
факторами формирования более значительного по численности скопления
людей, в связи с чем требование о недопустимости создания помех
движению пешеходов и (или) транспортных средств либо доступу
граждан к жилым помещениям и (или) объектам транспортной либо
социальной инфраструктуры в случае его распространения на встречи
депутатов Государственной Думы с избирателями могло бы оказаться
фактически неисполнимым, что во многом обессмысливало бы
установление для них самой возможности проведения встреч с
избирателями на внутридворовых территориях.
Что касается самого понятия "внутридворовая территория", не
получившего легальной дефиниции в системе действующего федерального
законодательства, то его использование для целей регулирования
проведения встреч депутатов с избирателями само по себе не может
рассматриваться как создающее предпосылки для неопределенности и
отступлений от принципа равенства в правоприменении: будучи одним
из общеизвестных и широко применяемых, в частности в сферах
градостроительства, благоустройства и иных смежных областях, этот
термин (обычно определяющий территорию со стороны входов в жилую
часть многоквартирного дома, содержащую элементы благоустройства,
необходимые для функционирования дома, и ограниченную жилыми
зданиями, строениями, сооружениями или ограждениями, включая
подходы и подъезды к дому, автостоянки, территории зеленых
насаждений, площадки для игр, отдыха и занятий спортом,
хозяйственные площадки) призван обозначить пространственные пределы
предоставленной депутатам целевой гарантии в виде возможности
безуведомительного проведения встреч с избирателями, имея в виду,
что вне границ указанных территорий (проспекты, улицы, переулки,
скверы, бульвары, набережные, площади и т.п.) такие встречи должны
проводиться в ином предусмотренном законодательством порядке.
В качестве дополнительного условия, призванного способствовать
беспрепятственному проведению депутатами встреч с избирателями для
их информирования о своей деятельности, Федеральный закон от 7 июня
2017 года № 107-ФЗ возлагает на органы исполнительной власти
субъектов Российской Федерации (органы местного самоуправления)
обязанность определить специально отведенные места для проведения
таких встреч, а также перечень помещений, предоставляемых для
проведения таких встреч, и порядок их предоставления (пункт 4
статьи 1, пункт 2 статьи 2 и пункт 2 статьи 3) и одновременно
предусматривает за воспрепятствование организации или проведению
встреч депутатов с избирателями наступление административной
ответственности в соответствии с законодательством Российской
Федерации (пункты 5 и 7 статьи 1, пункт 4 статьи 2 и пункт 4 статьи
3). При этом федеральный законодатель - принимая во внимание, в
частности, разнообразие условий и возможностей, связанных с
определением мест и помещений для встреч депутатов с избирателями,
а также учитывая, что установление гарантий депутатской
деятельности в отношении депутатов законодательных
(представительных) органов государственной власти субъектов
Российской Федерации и депутатов представительных органов
муниципальных образований является предметом ответственности как
Российской Федерации, так и каждого субъекта Российской Федерации и
муниципального образования, - не закрепил напрямую критерии,
которым должны отвечать соответствующие специально отведенные места
и помещения, что, однако, не освобождает органы публичной власти от
необходимости обеспечить депутатам реальную возможность пользования
данной гарантией на началах юридического равенства, исключающего
создание - вопреки относящимся к основам конституционного строя
Российской Федерации принципам политического многообразия и
многопартийности - произвольных преференций или, напротив,
сложностей, преград в реализации их полномочий, в том числе с
ущербом для конституционно обоснованных прав политической
оппозиции.
Кроме того, субъекты Российской Федерации и муниципальные
образования, как неоднократно указывал Конституционный Суд
Российской Федерации, имеют возможность установить дополнительные
гарантии закрепленных федеральным законом прав граждан,
направленные на конкретизацию основных гарантий этих прав и
создание специальных механизмов их реализации, с учетом
региональных и местных особенностей (условий) и с соблюдением
конституционных требований о непротиворечии законов субъектов
Российской Федерации федеральным законам, связанности органов
местного самоуправления Конституцией Российской Федерации и законом
и о недопустимости ограничения прав и свобод человека и гражданина
в форме иной, нежели федеральный закон (постановления от 21 июня
1996 года № 15-П, от 30 ноября 2000 года № 15-П, от 11 марта
2008 года № 4-П, от 18 июля 2012 года № 19-П, от 8 декабря
2015 года № 32-П и др.).
Обращаясь к анализу законоположений, предусматривающих
необходимость определения органами исполнительной власти субъекта
Российской Федерации специально отведенных мест для целей правового
регулирования проведения публичных мероприятий, Конституционный Суд
Российской Федерации в Постановлении от 14 февраля 2013 года № 4-П
пришел к выводу, что эти законоположения, имея характер
дополнительной гарантии, предоставляют всем заинтересованным лицам
альтернативные возможности при выборе места проведения публичного
мероприятия, позволяют органам публичной власти заблаговременно
принять необходимые меры для обеспечения в специально отведенных
местах общественного порядка и безопасности граждан и вместе с тем
не препятствуют организаторам публичного мероприятия избрать иное
место его проведения. При этом Конституционный Суд Российской
Федерации констатировал, что отсутствие в законодательстве
уточнений относительно обеспечения наличия специально отведенных
мест в каждом муниципальном образовании и минимально допустимой
нормы их предельной заполняемости создает предпосылки для
чрезмерного, несовместимого с требованиями Конституции Российской
Федерации усмотрения органов исполнительной власти субъектов
Российской Федерации, в связи с чем обязал федерального
законодателя внести в правовое регулирование надлежащие изменения и
указал, что впредь до этого следует исходить из необходимости
наличия таких мест как минимум в каждом городском округе и
муниципальном районе.
Несмотря на то что специально отведенные места, о которых идет
речь в Федеральном законе от 7 июня 2017 года № 107-ФЗ, не
обязательно должны совпадать со специально отведенными местами в
смысле, придаваемом им Федеральным законом "О собраниях, митингах,
демонстрациях, шествиях и пикетированиях" (части 1-1 и 1-2 статьи
8), а определение перечня помещений, предоставляемых для проведения
встреч депутатов с избирателями, также носит самостоятельный
характер, изложенные в Постановлении Конституционного Суда
Российской Федерации от 14 февраля 2013 года № 4-П правовые
позиции - поскольку в них получило отражение конституционное
понимание общих начал соотношения основных и дополнительных
гарантий реализации возможностей по проведению общественных
(массовых) мероприятий, включая использование специально отведенных
мест в безуведомительном порядке, притом что федеральный
законодатель не исключает возможности проведения встречи депутата с
избирателями в форме публичного мероприятия, - не могут не
учитываться и при оценке правового регулирования в части
определения специально отведенных мест и помещений для проведения
встреч депутата с избирателями в целях их информирования о своей
деятельности.
Поскольку в системе действующего федерального законодательства
не оговаривается иное, содержащиеся в Федеральном законе
"О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях"
требования, предъявляемые к созданию единых специально отведенных
мест, должны рассматриваться как имеющие ориентирующее значение при
определении специально отведенных мест для проведения встреч
депутатов с избирателями. Соответственно, предполагается
обязанность органов исполнительной власти субъектов Российской
Федерации (органов местного самоуправления) обеспечить определение
специально отведенных мест для проведения встреч депутатов с
избирателями и перечня помещений, предоставляемых для проведения
такого рода встреч, исходя из необходимости наличия
соответствующего специально отведенного места или помещения как
минимум в каждом поселении, с тем чтобы для депутата любого
территориального уровня во всяком случае обеспечивалась возможность
беспрепятственного проведения встреч с избирателями в специально
отведенном месте или помещении, расположенном в пределах
территориальной сферы деятельности представительного органа, в
состав которого он входит, притом что использование соответствующих
специально отведенных мест и помещений должно допускаться в
отношении депутатов всех уровней.
При этом возложение полномочия по определению помещений и
специально отведенных мест для целей проведения депутатами встреч с
избирателями на органы исполнительной власти субъектов Российской
Федерации (органы местного самоуправления) не исключает возможность
установления на уровне закона субъекта Российской Федерации - с
учетом правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации,
выраженных в настоящем Постановлении, - конкретизированных
критериев определения соответствующих помещений и мест, а также
требований, предъявляемых к порядку их использования, и (поскольку
федеральным законодателем не установлен конкретный орган местного
самоуправления, в чьей компетенции находится принятие
соответствующих решений) предполагает предпочтительность
определения таких помещений и мест нормативными правовыми актами
представительных органов муниципальных образований.
В свою очередь, правоприменительным органам, включая суды,
следует принимать во внимание, что содержащееся в части 1-1 статьи
8 Федерального закона "О собраниях, митингах, демонстрациях,
шествиях и пикетированиях" требование, предписывающее устанавливать
предельную численность лиц, принимающих участие в мероприятиях,
которые проводятся в специально отведенных местах и уведомления о
проведении которых не требуется, на уровне не менее ста человек,
направлено, как следует из правовых позиций Конституционного Суда
Российской Федерации, нашедших отражение в Определении от 7 июля
2016 года № 1428-О, на обеспечение минимальных гарантий для
проведения соответствующих публичных мероприятий любой формы (вида)
с относительно широким составом участников. Во всяком случае,
указанное требование не может рассматриваться как препятствующее
созданию специально отведенных для целей проведения встреч
депутатов с избирателями мест - с учетом численности жителей
населенного пункта и при отсутствии в нем места, вмещающего сто и
более человек, - с меньшей заполняемостью. Что касается помещений,
предоставляемых органом исполнительной власти субъекта Российской
Федерации (органом местного самоуправления) для проведения встреч
депутатов с избирателями, то их перечень должен определяться
принимая во внимание пешеходную и транспортную доступность для
избирателей; при этом предполагается, что предоставление таких
помещений производится без взимания платы в порядке очередности
обращения за ними, но с учетом возможности установления приоритета
исходя из принадлежности депутата к более высокому уровню публичной
власти и не может быть обусловлено его принадлежностью к
политической партии или его политическими взглядами.
При установлении же судом уклонения органа исполнительной
власти субъекта Российской Федерации (органа местного
самоуправления) от определения в течение разумного срока после
вступления Федерального закона от 7 июня 2017 года № 107-ФЗ в силу
соответствующих помещений и мест в пределах сельского или
городского поселения - притом что в его застройке отсутствуют или
представлены единично внутридворовые территории в указанном в
настоящем Постановлении смысле, т.е. как подходящие для встреч
депутатов с избирателями пространства, - проведение встречи с
избирателями без соблюдения установленного законодательством
Российской Федерации о собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях
и пикетированиях требования о необходимости уведомить об этом орган
исполнительной власти субъекта Российской Федерации (орган местного
самоуправления) само по себе не должно влечь неблагоприятных
правовых последствий для депутата и других участников встречи,
поскольку иное - с учетом существенно меньших по сравнению с
городскими округами и городами федерального значения рисков,
связанных с проведением публичного мероприятия, - противоречило бы
конституционному принципу справедливости и соразмерности.
3.2. Федеральным законом от 7 июня 2017 года № 107-ФЗ
предусматривается также возможность проведения встреч депутатов с
избирателями в целях информирования депутатом избирателей о своей
деятельности в рамках публичного мероприятия, что предполагает
соблюдение в таких случаях требований и условий, предусмотренных
законодательством Российской Федерации о собраниях, митингах,
демонстрациях, шествиях и пикетированиях.
По буквальному смыслу пункта 6 статьи 1, пункта 3 статьи 2 и
пункта 3 статьи 3 данного Федерального закона, встречи депутатов с
избирателями не отождествляются с публичными мероприятиями, которые
признаются лишь как возможная форма их проведения. Следовательно,
допуская такую возможность, федеральный законодатель исходил из
того, что именно совпадение внешних признаков и последствия
проведения соответствующих мероприятий, выходящие за рамки
правоотношений между избирателями и депутатом и соотносимые с
последствиями проведения публичных мероприятий в иных случаях,
обусловливают обоснованность использования тех же в своей основе
правил, какие предусмотрены законодательством Российской Федерации
о собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях,
поскольку - учитывая, что по своей природе депутатская деятельность
имеет публично-политический характер, - проводимые депутатом
встречи с избирателями за пределами внутридворовых территорий и
специально отведенных мест и помещений могут сопровождаться
неконтролируемым скоплением значительного числа граждан, служить
источником затруднений в реализации прав и законных интересов
граждан и организаций, а также поводом для конфликтных ситуаций,
преодоление которых может потребовать дополнительных сил и средств
со стороны органов охраны правопорядка.
Соответственно, принимая во внимание принцип равенства (статья
19, части 1 и 2, Конституции Российской Федерации), предполагающий
и равную для всех, в частности независимо от статусных, должностных
характеристик, связанность требованиями соблюдения Конституции
Российской Федерации и законов (статья 15, части 1 и 2, Конституции
Российской Федерации), федеральный законодатель был вправе исходить
из того, что депутаты всех уровней при выборе для проведения
встречи с избирателями формы публичного мероприятия не могут
пренебрегать установленными действующим законодательством
требованиями, предъявляемыми к организации и проведению мероприятий
подобного рода, поскольку соблюдение соответствующих требований
является общей (универсальной) предпосылкой и условием для
гармонизации публичных и частных интересов.
Следовательно, само по себе использование в Федеральном законе
от 7 июня 2017 года № 107-ФЗ норм и институтов, присущих
законодательству Российской Федерации о собраниях, митингах,
демонстрациях, шествиях и пикетированиях, для урегулирования
порядка проведения депутатами встреч с избирателями в целях
информирования о своей деятельности (что предполагает и выражение
избирателями пожеланий депутату относительно осуществления его
деятельности и деятельности представительного органа, в состав
которого он входит) в случае избрания самим депутатом формы
публичного мероприятия отвечает дискреционным возможностям
федерального законодателя, как они вытекают из требований
Конституции Российской Федерации.
Вместе с тем федеральный законодатель исходил из того, что
само признание возможности проведения встреч депутата с
избирателями в форме публичного мероприятия не предполагает
распространения на такие мероприятия в полном объеме всех правил,
содержащихся в законодательстве Российской Федерации о собраниях,
митингах, шествиях и пикетированиях, а должно учитывать объективную
специфику депутатской деятельности и обусловленное ею специальное,
целевое назначение встреч депутатов с избирателями.
Отдельные особенности порядка проведения подобного рода
мероприятий прямо оговорены Федеральным законом от 7 июня 2017 года
№ 107-ФЗ: уведомление о проведении публичного мероприятия депутатом
законодательного (представительного) органа государственной власти,
депутатом представительного органа муниципального образования в
целях информирования избирателей о своей деятельности при встрече с
избирателями подается в срок не ранее 10 и не позднее 5 дней до дня
проведения публичного мероприятия (пункт 3 статьи 4); депутат
законодательного (представительного) органа государственной власти,
депутат представительного органа муниципального образования может
не иметь отличительного знака организатора публичного мероприятия
при наличии у него нагрудного знака депутата (пункт 2 статьи 4).
Как следует из пункта 1 статьи 4 Федерального закона от 7 июня
2017 года № 107-ФЗ, информирование избирателей о своей деятельности
при встрече депутата с избирателями является самостоятельной целью
публичного мероприятия в соотношении с целью свободного выражения и
формирования мнений, выдвижения требований по различным вопросам
политической, экономической, социальной и культурной жизни страны и
вопросам внешней политики (пункт 1 статьи 2 Федерального закона
"О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях").
Поскольку эти цели содержательно разведены и не могут пересекаться,
инициатива избирателей в ходе встречи с депутатом - с учетом цели
ее проведения - предполагает преимущественно выражение пожеланий
относительно осуществления депутатом его деятельности и
деятельности представительного органа, в состав которого он входит.
Соответственно (хотя прямое ограничение по перечню форм публичных
мероприятий, которые могут использоваться для проведения встреч
депутатов с избирателями, и отсутствует), проведение такого рода
встреч возможно и оправданно лишь в форме тех публичных
мероприятий, которые по своему характеру пригодны именно для
информирования депутатом избирателей о своей деятельности, а также
для выражения избирателями пожеланий депутату относительно его
деятельности и деятельности представительного органа, в состав
которого он входит; использование же специальных (по сути,
упрощенных) условий проведения встреч депутатов с избирателями для
реализации иных целей, включая выражение и формирование мнений,
выдвижение требований по различным вопросам политической,
экономической, социальной и культурной жизни страны и вопросам
внешней политики, недопустимо.
Федеральный закон "О собраниях, митингах, демонстрациях,
шествиях и пикетированиях" закрепляет видовое разнообразие
публичных мероприятий, каждое из которых характеризуется
индивидуальными целевыми, содержательными, организационными и иными
особенностями: собрание - совместное присутствие граждан в
специально отведенном или приспособленном для этого месте для
коллективного обсуждения каких-либо общественно значимых вопросов;
митинг - массовое присутствие граждан в определенном месте для
публичного выражения общественного мнения по поводу актуальных
проблем преимущественно общественно-политического характера;
демонстрация - организованное публичное выражение общественных
настроений группой граждан с использованием во время передвижения,
в том числе на транспортных средствах, плакатов, транспарантов и
иных средств наглядной агитации; шествие - массовое прохождение
граждан по заранее определенному маршруту в целях привлечения
внимания к каким-либо проблемам; пикетирование - форма публичного
выражения мнений, осуществляемого без передвижения и использования
звукоусиливающих технических средств путем размещения у
пикетируемого объекта одного или более граждан, использующих
плакаты, транспаранты и иные средства наглядной агитации, а также
быстровозводимые сборно-разборные конструкции (пункты 2 - 6 статьи
2).
Из приведенных законоположений следует, что адекватно
соотносимыми с целевым назначением проведения встреч депутатов с
избирателями являются лишь такие формы публичных мероприятий, как
собрание и митинг, поскольку информирование депутатом избирателей о
своей деятельности подразумевает разъяснительно-отчетные и
диалоговые формы взаимодействия депутата и избирателей, не
связанные с наглядной агитацией, движением (перемещением) или иным
воздействием на органы публичной власти в целях привлечения их
внимания к каким-либо проблемам и тем более не сводимые к
односторонним визуальным (текстовым, изобразительным и иным
подобным) формам информационного воздействия.
Федеральный закон от 7 июня 2017 года № 107-ФЗ не содержит
применительно к проведению встреч депутатов с избирателями
каких-либо исключений из предусмотренного Федеральным законом
"О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях"
общего правила, в соответствии с которым уведомительный правовой
режим проведения митингов, демонстраций, шествий и пикетирований не
распространяется, в частности, на собрания, - более того,
распространение этого правила в том числе на встречи депутатов с
избирателями подчеркивается прямым указанием части 1 статьи 7
названного Федерального закона в новой редакции. Вводя же процедуру
предварительного уведомления органов публичной власти о проведении
встреч депутатов с избирателями в форме публичного мероприятия,
которое требует согласования, т.е., по существу, только митинга,
федеральный законодатель руководствовался тем, что в данном случае
приобретает существенное значение соблюдение относящихся к
реализации конституционного права граждан Российской Федерации на
свободу собраний общих условий, которые, как отмечал
Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 18 мая
2012 года № 12-П, должны обеспечивать поддержание надлежащего
общественного порядка и безопасности, достижение баланса интересов
организаторов и участников публичных мероприятий, с одной стороны,
и третьих лиц - с другой, гарантии государственной защиты прав и
свобод всех граждан (как участвующих, так и не участвующих в
публичном мероприятии), в том числе путем введения адекватных мер
предупреждения и предотвращения нарушений общественного порядка и
безопасности, прав и свобод граждан, а также установления
публично-правовой ответственности за действия, их нарушающие или
создающие угрозу их нарушения.
В контексте конституционного принципа равенства
распространение на встречи депутатов с избирателями, проводимые в
форме публичного мероприятия, требований законодательства
Российской Федерации о собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях
и пикетированиях предполагает не только необоснованность проведения
таких встреч в форме публичного мероприятия, не релевантной ее
специально-целевому назначению, но и недопустимость игнорирования
требований указанного законодательства, если по своему характеру и
содержанию встречи, проводимые на внутридворовых территориях,
выходят за рамки информирования депутатом избирателей о своей
деятельности, а выражение пожеланий депутату в отношении его
деятельности и деятельности представительного органа, в состав
которого он входит, сводится к выражению общественного мнения по
поводу актуальных проблем преимущественно общественно-политического
характера. Соответственно, депутат обязан прекратить проводимую на
внутридворовой территории встречу с избирателями, если, будучи
запланированной именно как встреча с избирателями в целях их
информирования о своей деятельности, она фактически
трансформируется в такое публичное мероприятие, проведение которого
даже на внутридворовой территории требует уведомления.
4. Обращаясь к вопросу о конституционных параметрах процедуры
согласования публичного мероприятия, предусмотренной Федеральным
законом "О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и
пикетированиях", Конституционный Суд Российской Федерации в ряде
своих решений (Постановление от 14 февраля 2013 года № 4-П,
определения от 2 апреля 2009 года № 484-О-П, от 1 июня 2010 года
№ 705-О-О, от 29 января 2015 года № 201-О, от 23 июня 2015 года
№ 1296-О, от 18 июля 2017 года № 1730-О и № 1731-О и др.)
констатировал, что установленный действующим законодательством
правовой режим проведения публичных мероприятий не может
рассматриваться как разрешительный порядок реализации гражданами
Российской Федерации права, гарантированного им статьей 31
Конституции Российской Федерации.
Выявляя конституционно-правовой смысл понятия "согласование
проведения публичного мероприятия с органом публичной власти",
Конституционный Суд Российской Федерации выработал следующие
правовые позиции:
данное понятие не предполагает, что орган публичной власти
может по своему усмотрению запретить проведение публичного
мероприятия или изменить его цели, место, время или форму, - он
вправе лишь предложить изменить место и (или) время его проведения,
причем такое предложение должно быть мотивированным и вызываться
либо необходимостью сохранения нормального и бесперебойного
функционирования жизненно важных объектов коммунальной или
транспортной инфраструктуры, либо необходимостью поддержания
общественного порядка, обеспечения безопасности граждан (как
участников публичного мероприятия, так и лиц, которые могут
находиться в месте его проведения в заявленное организатором
время), либо иными подобными причинами, исчерпывающее
законодательное закрепление перечня которых необоснованно
ограничивало бы дискрецию органов публичной власти по реализации
своих конституционных обязанностей;
отказ в согласовании публичного мероприятия допускается только
в случаях, если уведомление о его проведении подано лицом, которое
в соответствии с Федеральным законом "О собраниях, митингах,
демонстрациях, шествиях и пикетированиях" не вправе быть
организатором публичного мероприятия, либо если в уведомлении в
качестве места проведения публичного мероприятия указано место, в
котором в соответствии с данным Федеральным законом или законом
субъекта Российской Федерации проведение публичного мероприятия
запрещается;
при согласовании публичного мероприятия уполномоченные
представители публичной власти должны привести веские доводы в
обоснование того, что его проведение в заявленном месте и (или) в
заявленное время не просто нежелательно, а невозможно в связи с
необходимостью защиты конституционно признаваемых ценностей, и
предложить организаторам публичного мероприятия такой вариант,
который позволял бы реализовать его цели, включая свободное
формирование и выдвижение участниками публичного мероприятия своих
требований, в том числе политических, и их доведение до
соответствующих адресатов; организаторы публичного мероприятия, в
свою очередь, должны предпринимать разумные и достаточные усилия по
достижению возможного компромисса на основе баланса интересов, с
тем чтобы реализовать свое конституционное право на свободу мирных
собраний.
Выраженные в приведенных правовых позициях Конституционного
Суда Российской Федерации требования к процедуре согласования
публичного мероприятия подлежат неукоснительному соблюдению
правоприменительными органами, включая суды, в том числе при
применении положений Федерального закона "О собраниях, митингах,
демонстрациях, шествиях и пикетированиях" для целей регулирования
порядка проведения встреч депутатов с избирателями для их
информирования о своей деятельности. Соответственно,
предполагается, что орган публичной власти не вправе по своему
усмотрению отказать в согласовании проведения встречи депутата с
избирателями в форме такого публичного мероприятия, о проведении
которого требуется уведомление, а может лишь предложить изменить
место и (или) время ее проведения, притом что соответствующее
предложение должно быть мотивированным и вызываться либо
необходимостью сохранения нормального и бесперебойного
функционирования жизненно важных объектов коммунальной или
транспортной инфраструктуры, либо необходимостью поддержания
общественного порядка, обеспечения безопасности граждан, либо иными
подобными причинами. Иное - не учитывающее правовые позиции
Конституционного Суда Российской Федерации - истолкование положений
названного Федерального закона не соответствовало бы их
действительному смыслу и недопустимо в правоприменительной
практике, поскольку нарушало бы конституционные права граждан и
гарантии депутатской деятельности.
Что касается возможности и, соответственно, правил проведения
незапланированных (так называемых спонтанных) встреч депутатов с
избирателями, то Федеральный закон от 7 июня 2017 года № 107-ФЗ о
них не упоминает, имея в виду, что встреча депутата с
избирателями - в силу самого предназначения данного института,
обусловленного возложенной на депутатов обязанностью поддерживать
устойчивые взаимоотношения с избирателями и информировать их о
своей деятельности, - предполагает определенную предварительную
подготовку, принятие организационных, информационно-аналитических и
иных мер, с тем чтобы встречи с избирателями были содержательными и
результативными.
В основном плановый, организованный характер встреч депутатов
с избирателями подтверждается, в частности, положениями
Федерального закона "О статусе члена Совета Федерации и статусе
депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской
Федерации", который, обязывая депутата Государственной Думы
проводить встречи с избирателями (часть вторая статьи 8),
предусматривает предоставление ему ежемесячно соответствующих дней
для работы с избирателями в порядке, определяемом Регламентом
Государственной Думы (часть четвертая статьи 8), притом что
согласно Регламенту Государственной Думы в период заседаний
Государственной Думы формой работы депутатов Государственной Думы с
избирателями является прежде всего рассмотрение поступивших
предложений, заявлений и жалоб избирателей (статья 76).
Следовательно, неупоминание в Федеральном законе от 7 июня
2017 года № 107-ФЗ о незапланированных встречах депутатов с
избирателями является квалифицированным - соответствующим правовой
природе института встреч депутатов с избирателями - умолчанием
федерального законодателя. Вопреки мнению заявителей, это не
означает, что тем самым блокируются фактические контакты депутата с
избирателями за пределами специально отведенных мест, помещений или
внутридворовых территорий, объективно сопутствующие осуществлению
возложенных на него публичных функций, в частности при посещении
предприятий, учреждений, организаций, или являющиеся закономерным
следствием повышенного к нему внимания в общественных местах,
обусловленного как его возможной популярностью (узнаваемостью), так
и естественной потребностью граждан довести до его сведения свои
соображения по тем или иным вопросам, получить необходимую
информацию и т.п.
По логике Федерального закона от 7 июня 2017 года № 107-ФЗ,
любые организованные по инициативе депутата коллективные встречи с
избирателями проводятся либо в специально отведенных местах,
помещениях или на внутридворовых территориях, либо - если
предполагается использование формы публичного мероприятия - в
соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации о
собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях, что,
вопреки мнению заявителей, не может отождествляться с запретом
депутату, тем более подкрепляемым мерами публичной ответственности,
на общение с избирателями в случае незапланированной встречи с ними
вне помещений, специально отведенных мест или внутридворовых
территорий, если эта встреча была спонтанно инициирована самими
избирателями. Введение такого запрета несовместимо с
конституционными началами публично-правового статуса депутата,
являлось бы фактором дискредитации ценностей народного
представительства, создавало бы предпосылки чрезмерного
правоприменительного усмотрения, не исключая действий, не
согласующихся с конституционными началами уважения к оппозиции.
Вместе с тем депутат обязан незамедлительно прекратить не
планировавшуюся заранее встречу с избирателями, если она начала
создавать препятствия для сохранения нормального и бесперебойного
функционирования жизненно важных объектов коммунальной и
транспортной инфраструктуры, обеспечения безопасности граждан либо
иные подобные угрозы, как они определены в части шестой статьи 8
Федерального закона "О статусе члена Совета Федерации и статусе
депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской
Федерации", пункте 4 статьи 11 Федерального закона "Об общих
принципах организации законодательных (представительных) и
исполнительных органов государственной власти субъектов Российской
Федерации" и части 5-2 статьи 40 Федерального закона "Об общих
принципах организации местного самоуправления в Российской
Федерации".
В силу лежащих в основе конституционного строя Российской
Федерации принципов представительной демократии, опирающейся на
верховенство права, политическое многообразие и многопартийность, а
также конституционно обусловленной необходимости создания
государством условий, обеспечивающих эффективную и ответственную
реализацию возложенных на депутатов как представителей народа
публичных функций и полномочий, федеральный законодатель
правомочен - в свете оценки тенденций складывающейся
правоприменительной практики - вносить в правовое регулирование
изменения, направленные на совершенствование порядка проведения
встреч депутатов с избирателями, включая решение вопросов о
пределах распространения на эти отношения требований
законодательства Российской Федерации о собраниях, митингах,
демонстрациях, шествиях и пикетированиях, уточнении критериев
определения пространственных границ применения безуведомительного
порядка проведения встреч депутатов с избирателями, детализации
конкретных мер административной ответственности за
воспрепятствование органами публичной власти проведению таких
встреч, основываясь при этом на требованиях Конституции Российской
Федерации и с учетом правовых позиций Конституционного Суда
Российской Федерации, выраженных в настоящем Постановлении.
Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 6, 71, 72, 74,
75, 78, 79, 86 и 87 Федерального конституционного закона
"О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд
Российской Федерации
п о с т а н о в и л:
1. Признать положения пункта 6 статьи 1, пункта 3 статьи 2,
пункта 3 статьи 3 и пунктов 1 и 3 статьи 4 Федерального закона
"О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской
Федерации в части совершенствования законодательства о публичных
мероприятиях" не противоречащими Конституции Российской Федерации,
поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе
действующего правового регулирования эти законоположения
предполагают:
обязанность органов исполнительной власти субъектов Российской
Федерации (органов местного самоуправления) способствовать
проведению встреч депутата с избирателями в целях их информирования
о своей деятельности и выражения избирателями пожеланий депутату
относительно осуществления его деятельности и деятельности
представительного органа, в состав которого он входит, в том числе
обеспечивать определение специально отведенных мест для проведения
встреч депутатов с избирателями и перечня помещений,
предоставляемых для проведения встреч депутатов с избирателями,
исходя из необходимости наличия соответствующего специально
отведенного места или помещения как минимум в каждом поселении;
возможность проведения встреч депутата с избирателями в форме
публичного мероприятия (собрания, митинга) на основе соблюдения
требований, предъявляемых к проведению таких встреч Федеральным
законом "О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и
пикетированиях", при условии соответствия избранной формы целевому
назначению встречи депутата с избирателями; отсутствие при этом
неблагоприятных для депутата и иных участников его встречи с
избирателями правовых последствий самого по себе проведения такой
встречи в пределах сельского или городского поселения без
соблюдения предусмотренного названным Федеральным законом
уведомительного порядка, если судом установлено уклонение органа
исполнительной власти субъекта Российской Федерации (органа
местного самоуправления) от определения в этом сельском или
городском поселении специально отведенных мест для проведения
встреч депутатов с избирателями и перечня помещений,
предоставляемых для проведения встреч депутатов с избирателями, в
течение разумного срока после вступления Федерального закона от
7 июня 2017 года № 107-ФЗ в силу, притом что в застройке
соответствующего поселения отсутствуют внутридворовые территории;
распространение требований законодательства Российской
Федерации о собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и
пикетированиях на проведение депутатами коллективных встреч с
избирателями на внутридворовых территориях, если по своему
характеру и содержанию эти встречи выходят за рамки информирования
депутатом избирателей о своей деятельности и выражения пожеланий
депутату в отношении его деятельности и деятельности
представительного органа, в состав которого он входит, и
предполагают выражение общественного мнения по поводу актуальных
проблем преимущественно общественно-политической направленности;
недопустимость отказа в согласовании органом публичной власти
по своему усмотрению проведения встречи депутата с избирателями в
форме публичного мероприятия, о проведении которого требуется
уведомление, и необходимость - как обязательная альтернатива
несогласованию - предложить изменить место и (или) время проведения
соответствующей встречи, притом что такое предложение должно быть
мотивированным и вызываться необходимостью сохранения нормального и
бесперебойного функционирования жизненно важных объектов
коммунальной или транспортной инфраструктуры либо необходимостью
поддержания общественного порядка, обеспечения безопасности
граждан, иными подобными причинами;
отсутствие неблагоприятных правовых последствий проведения
незапланированной встречи депутата с избирателями вне помещений,
специально отведенных мест или внутридворовых территорий, если
такая встреча обусловлена инициативой (фактическими действиями)
самих избирателей, притом что депутат во всяком случае обязан
незамедлительно прекратить соответствующую встречу в случае, если
она создает угрозу сохранения нормального и бесперебойного
функционирования жизненно важных объектов коммунальной и
транспортной инфраструктуры, обеспечения безопасности граждан либо
иные подобные угрозы.
2. Настоящее Постановление окончательно, не подлежит
обжалованию, вступает в силу немедленно после провозглашения,
действует непосредственно и не требует подтверждения другими
органами и должностными лицами.
3. Настоящее Постановление подлежит незамедлительному
опубликованию в "Российской газете", "Собрании законодательства
Российской Федерации" и на "Официальном интернет-портале правовой
информации" (www.pravo.gov.ru). Постановление должно быть
опубликовано также в "Вестнике Конституционного Суда Российской
Федерации".
Конституционный Суд
Российской Федерации
№ 27-П