ВС отменил акты об упрощенном банкротстве двух компаний

Банкротство отсутствующего должника позволяет быстро исключить из оборота брошенную компанию. Для этого в Законе о банкротстве есть параграф 2 главы XI: сроки укорочены, наблюдение не вводится, сразу стартует конкурсное производство. Однако на практике эту же процедуру пытаются использовать для вывода активов из живого бизнеса, где долг меньше порога в 2 000 000 руб.

Первый кейс — дело А03-20779/2024. Кредитор взыскала с поручителя 6 696 055,16 руб. и подала заявление о банкротстве по упрощенной процедуре. Суды трех инстанций признали компанию «пустой»: операции по счетам не велись с 2023 года, баланс не менялся, в штате оставался только директор. В реестр включили долг и неустойку.

Верховный суд отменил эти акты в определении от 22.07.2026 № 304-ЭС26-6256. Коллегия указала, что суды проигнорировали доводы бывшего руководителя. Он не скрывался, участвовал в процессе и объяснил, что простой вызван корпоративным конфликтом и уголовным преследованием. При этом у компании были активы: земля, транспорт, доля в сельхозпредприятии, а арендная плата шла на оплату юрлицу. К моменту кассации долг был полностью погашен. Суд постановил: формальный подход недопустим, упрощенная процедура здесь применяться не может.

Отдельно ВС обратила внимание на арбитражного управляющего. В деле выяснилось, что семья управляющего конкурирует с должником и имеет связи с кредитором. Такие неформальные отношения образуют заинтересованность, что запрещено абз. 2 п. 2 ст. 20.2 Закона о банкротстве.

ФНС хотела банкротства из-за налоговой задолженности, первоначально на сумму 163 018 212,40 руб., потом требование уменьшили до 22 318 248,77 руб. Суды ссылались на нулевую отчетность и отсутствие операций.

В определении от 26.05.2026 № 306-ЭС26-732 ВС отметила, что эти данные противоречивы. Сама ФНС позже сообщила, что активы оцениваются в 18,6 млн руб. Операции не велись, потому что счета заблокировала сама инспекция. Дата последней операции в документах налоговой менялась, но ни одна дата не подтверждала годовой простои. Коллегия отменила акты и отправила дело на пересмотр, дав понять, что формальные признаки отсутствия не доказаны.

В обоих случаях Верховный суд проверял не только наличие формальных признаков по ст. 230, но и их источник. Если простой обусловлен действиями взыскателя или внешними факторами, а у компании есть реальные активы, упрощенную процедуру не вводят. Один признак отсутствия сам по себе достаточен, но он может быть опровергнут доказательствами деятельности.

Практический вывод для должников: если компания простаивает, нужно документально фиксировать причины и не прятаться от судебных извещений. Для кредиторов: заявлять банкротство при долге ниже порога только на основании нулевой отчетности рискованно, кассация такие дела отменяет. Эти рекомендации основаны на анализе практики, в самих определениях их нет.

Рекомендации

• При участии в деле о банкротстве заявите доводы о возможности погашения долга и наличии активов, а не ограничивайтесь указанием на отсутствие активов.